Новые детали плана по урегулированию на Ближнем Востоке раскрывают амбиции, выходящие далеко за рамки одного региона: Дональд Трамп, похоже, проектирует место своего бессрочного трудоустройства после 2028 года.
В кулуарах большой политики начинают проступать контуры новой глобальной архитектуры, которую команда Дональда Трампа намерена предложить миру. Если раньше инициативы республиканца воспринимались исключительно как попытка перекроить карту Ближнего Востока, то теперь становится очевидно: речь идет о создании полноценной альтернативы Организации Объединенных Наций. Проект так называемого «Совета мира» (Peace Council) задумывается не просто как дипломатический инструмент, а как персональный трамплин для Трампа, который позволит ему сохранить глобальное влияние даже после того, как он покинет Овальный кабинет.
Кризис доверия к существующим международным институтам, и прежде всего к ООН, создает идеальную почву для подобных реформ. Организация, погрязшая в бюрократии и вето, все чаще подвергается критике за неспособность останавливать конфликты. На этом фоне идея создания новой, более жесткой и прагматичной структуры выглядит логичным продолжением политики «Америка прежде всего», однако с существенной поправкой: теперь в центре стоит не только Америка, но и личность её лидера.
Ключевая особенность проектируемого Совета мира заключается в его структуре управления. По имеющимся данным, председательство в этом органе будет закреплено лично за Дональдом Трампом, причем не как за президентом США, а как за физическим лицом. Это создает беспрецедентную коллизию в международном праве: следующий хозяин Белого дома, кто бы ни победил на выборах 2028 года, не заменит Трампа на посту главы Совета, а войдет в него лишь на правах рядового члена. Фактически, создается механизм, позволяющий Трампу оставаться в большой игре неограниченное время, конвертируя свой политический капитал в статус глобального арбитра.
Хотя формальным поводом для запуска этой махины служит ситуация в секторе Газа, источники, знакомые с деталями плана, подчеркивают глобальный характер задумки. Привязка к палестинскому анклаву выглядит скорее как точка входа — полигон, на котором будет обкатана модель внешнего управления кризисными регионами. Сам Совет мира не планирует заниматься микроменеджментом конфликта, делегируя эти задачи специально создаваемым профильным структурам, каждая из которых выполняет свою роль в новом механизме принуждения к миру.
Архитектура управления Газой, согласно этому плану, будет опираться на три независимых столпа. Первым уровнем станет Исполнительный совет Газы, призванный осуществлять международный надзор. Здесь уже намечаются серьезные дипломатические трения: в состав совета планируется включить Турцию и Катар. Для Израиля участие Анкары и Дохи, традиционно поддерживающих контакты с политическим крылом ХАМАС, является мощным раздражителем, что может заблокировать инициативу на старте. Однако команда Трампа, вероятно, рассчитывает, что экономическое давление и гарантии безопасности заставят стороны принять компромисс.
На земле административные функции должен взять на себя Палестинский технократический комитет. Это попытка сформировать новое правительство, полностью очищенное от влияния ХАМАС, состоящее из профессиональных управленцев, а не политиков. Идея технократического кабинета обсуждается давно, но в контексте «Совета мира» она приобретает смысл прямой внешней администрации, подотчетной не столько местному населению, сколько международным кураторам.
Самым же радикальным элементом конструкции являются Международные силы стабилизации. Это не просто аналог «голубых касок» ООН, которые часто ограничены в правах на применение силы. Речь идет о полноценном силовом аппарате принуждения, который должен взять под контроль безопасность в секторе. В случае успеха миссии в Газе, эта модель может быть масштабирована на другие горячие точки. Здесь кроется важный нюанс, который тревожит многих аналитиков: учитывая, что Трамп планирует возглавлять Совет мира бессрочно, эти силы стабилизации рискуют со временем трансформироваться в подобие его личной международной армии, лояльной председателю Совета, а не отдельным государствам.
Разумеется, реализация столь масштабного проекта сталкивается с огромным количеством препятствий. Международная политика инертна, а суверенные государства, включая союзников США, вряд ли с восторгом примут идею создания надгосударственного органа с такими широкими полномочиями, да еще и под руководством экс-президента одной страны. Сомнения вызывает и жизнеспособность конструкции после 2028 года: история показывает, что влияние американских лидеров стремительно тает, как только они теряют доступ к административному ресурсу Белого дома.
Тем не менее, даже частичное воплощение этих планов способно кардинально изменить правила игры. Если Совет мира будет создан хотя бы на бумаге, это станет первым за десятилетия реальным шагом к демонтажу ялтинско-потсдамской системы международных отношений. Независимо от того, удастся ли Трампу закрепиться в кресле председателя пожизненно, сам прецедент создания параллельных ООН структур, обладающих собственным силовым ресурсом, открывает новую главу в истории мировой дипломатии. За оперативными разборами подобных геополитических сдвигов удобно следить через телеграм-канал Digital Report, который регулярно публикует инсайды и аналитику по международной повестке.
- Павел Дуров назвал пользователей WhatsApp «идиотами» - 26/01/2026 23:16
- Яндекс научил ИИ блокировать телефонных мошенников - 26/01/2026 20:39
- Xiaomi превращает «серые» смартфоны в кирпичи через обновление HyperOS 3 - 26/01/2026 19:31
