Почему в России нет виртуальных клиник: мнение юриста

0

В США пандемия стала драйвером развития виртуальных клиник, в которых можно лечиться, не выходя из дома. Еще до начала проблем с коронавирусом в дистанционное медицинское обслуживание инвестировались значительные средства. А что происходит в России? Оказывается, даже при наличии работающих законов в этой области, работающих виртуальных клиник в стране нет. О юридической судьбе телемедицины в России Digital Report поговорил с советником, главой практики здравоохранения и фармацевтики CMS Russia Всеволодом Тюпой.

Каких законодательных норм в России не хватает для запуска виртуальных клиник?

Всеволод Тюпа, советник, глава практики здравоохранения и фармацевтики CMS Russia

Несмотря на то, что законодательство о телемедицине в России существует и даже порядки оказания медицинской помощи начинают учитывать возможности телемедицинского формата, юридической возможности для полноценной виртуальной клиники пока нет.

В идеале виртуальная клиника должна предоставлять весь цикл медицинских услуг, которые можно оказать дистанционно: от первичной консультации и постановки диагноза (если это возможно на основании предоставленной информации и исследований) до выписки препарата, назначения лечения и дальнейшего ведения пациента.

Вместе с тем российское законодательство содержит ряд ограничений, которые разрешают оказание многих медицинских услуг только в рамках личного приема пациента врачом. Например, первичная постановка диагноза и назначение медикаментозного лечения. Кроме того, остается ограниченным применение электронных рецептов.

Более того, с точки зрения формального толкования законодательства, даже тогда, когда телемедицинские услуги разрешены, врач должен оказывать их с территории своего медицинского учреждения. Это требование избыточно, так как современные технологии (включая приложения для дистанционной видеосвязи и мессенджеры) позволяют врачу общаться с пациентом из любой точки планеты, где есть устойчивое Интернет-соединение. Если при этом обеспечивается надлежащая защита персональных данных пациента, то требование к врачу находиться во время связи именно в своем рабочем кабинете в больнице выглядит неоправданным и устаревшим.

Таким образом, для создания возможности запуска полностью виртуальных клиник, требуется, как минимум, отменить запрет на первичную консультацию и постановку диагноза в онлайн-формате, обеспечить дальнейшее развитие электронных рецептов и закрепить право медицинского работника оказывать телемедицинские услуги из любого места при условии обеспечения качественной связи и защиты персональных данных пациентов. Кроме того, развитию телемедицины поспособствовала бы дальнейшая легализация дистанционной торговли лекарственными препаратами (которая пока не разрешена для рецептурных препаратов). Это позволило бы пациентам не только дистанционно получить назначение препарата, но и, не выходя из дома, заказать его в аптеке, даже если речь идет о рецептурном препарате.

При этом к столь прогрессивному шагу следует подойти осторожно. Нужно сделать ряд оговорок, что личное посещение пациентом врача, по-прежнему, остается обязательным, если врач сочтет это необходимым (например, для выполнения определенных медицинских вмешательств или манипуляций, таких как гастроскопия, УЗИ, осмотр кожных покровов, пальпация и т. п.). Очевидно, что в некоторых сферах медицины, таких как хирургия, стоматология и т. д. дистанционное консультирование никогда не сможет заменить личное участие врача. Законодательное регулирование должно учитывать эту специфику.

Насколько законодательно защищены данные пациентов?

Российское законодательство о персональных данных является в целом хорошо проработанным и концептуально близким аналогичным законам в Европе и США. Поэтому права пациентов на защиту их личных данных и медицинской информации законодательно закреплены достаточно хорошо.

В соответствии с законодательством о персональных данных, данные о состоянии здоровья человека относятся к наиболее защищаемой категории персональных данных. Обработка и использование таких данных возможно только с личного письменного согласия субъекта (пациента) и только медицинскими учреждениями и медицинскими работниками в тех пределах, в которых это необходимо для оказания медицинских услуг. Каналы связи, через которые передаются данные пациента, должны быть обеспечены надлежащими защитными протоколами. Передача этих данных медицинским учреждением или врачом каким-либо третьим лицам для других целей недопустима и влечет административную ответственность.

Предусмотрена ли законодательная ответственность врачей за ошибки в дистанционном лечении и диагностике?

Отдельных норм об ответственности за ошибки именно в дистанционном консультировании в законодательстве нет. Есть общие правила об ответственности медицинских учреждений и медицинских работников за вред, причиненный жизни и здоровью пациентов врачебной ошибкой.

Другое дело, что в российских судебных реалиях врачебная ошибка трудно доказуема. С процессуальной точки зрения всегда непросто доказать, что ухудшение здоровья пациента явилось непосредственным результатом неправильной врачебной консультации (а не действия побочных заболеваний или ошибки самого пациента, например, при приеме препаратов). И даже если это удастся, пациенты, как правило, могут рассчитывать в суде только на возмещение документально подтвержденных расходов, понесенных при исправлении ошибки (стоимость дополнительного лечения и т.п.). Суммы возмещения морального вреда, причиненного человеку, в российских судах традиционно невысоки и намного ниже аналогичных компенсаций в Соединенных Штатах и Европе.

Насколько законными являлись меры предпринятые в России по контролю за распространением коронавируса?

С учетом того, что даже в разгар пандемии коронавируса в России так и не было объявлено чрезвычайное положение, правомерность контроля перемещения пациентов с подтвержденной коронавирусной инфекцией является спорной. Поскольку ограничение свободы передвижения относится к мерам и временным ограничениям, устанавливаемым при введении чрезвычайного положения.

Вместе с тем, ограничения, установленные в связи с пандемией, в частности, в Московской области, были признаны законными Конституционным Судом России. Учитывая общую драматичность и непредсказуемость ситуации с коронавирусом во всем мире, такие меры, вероятно, были оправданы с медицинской и противоэпидемиологической точек зрения. И в целом они соответствовали аналогичной практике в других странах.

Александр Николайчук
Share.

About Author

IT-журналист, главный редактор Digital Report Russia. Руководил отделом журналистских расследований в агентстве "Минск-Новости", работал журналистом в "БДГ: Деловая газета", "БДГ: Для служебного пользования", редактором интернет-издания "Белорусские новости" и TUT.BY. Автор проекта "Ежедневник", создатель PR-агентства ЕТС и PDF-журнала ET CETERA, систем Bonus.tut.by и Taxi.tut.by, рекламных и PR-проектов. Руководил Radio.tut.by и TB-TUT.BY. Награжден ассоциацией "Белинфоком" за вклад в освещение развития телекоммуникационной отрасли Беларуси.

Leave A Reply

Перейти к верхней панели