Илон Маск допустил, что развитие ИИ, роботов и космической промышленности лишит привычные деньги значения, а расчёты будут связаны с энергией, мощностью и массой. В его прогнозе есть существенная оговорка: валюта всё же сохранится. Главный вопрос такого будущего — каким образом человек получит доступ к благам, если его труд перестанет быть необходимым производству.
Эти рассуждения прозвучали в разговоре с Уолтером Айзексоном для подкаста The Builders. Выпуск опубликовали 20 октября 2026 года, само интервью записали 6 августа. Маск связывает перемены с экономикой, которая благодаря роботам и освоению космоса многократно превзойдёт земную.
Предприниматель описывает возможный конечный результат технологического развития. Чтобы понять, как к нему можно прийти, нужно разделить три задачи: научиться производить больше, договориться о распределении произведённого и создать способ обмениваться правами на него. Успех в первой задаче ещё не решает две остальные.
Как роботы могут снизить стоимость жизни
В основе прогноза — предположение, что значительную часть интеллектуальной и физической работы смогут выполнять машины. Тогда для увеличения выпуска товаров потребуется меньше дополнительных рабочих часов человека. Если одновременно станут доступнее оборудование, электричество и материалы, себестоимость части продукции сможет значительно снизиться.
Это продолжение уже существующей автоматизации. По данным Международной федерации робототехники, опубликованным в сентябре, в 2025 году на предприятиях мира работали около пяти миллионов промышленных роботов. Федерация отмечает, что ИИ, машинное зрение и датчики расширяют их возможности, а упрощение программирования облегчает внедрение.
Для сценария Маска нужно продвинуться гораздо дальше отдельных автоматизированных операций. Машины должны будут участвовать во всей цепочке: от добычи сырья и строительства электростанций до ремонта оборудования и доставки готовых вещей. Чем больше звеньев получится автоматизировать, тем меньше выпуск будет зависеть от доступности человеческого труда.
При таком развитии базовые товары и некоторые услуги действительно могли бы стать гораздо доступнее. Однако снижение себестоимости создаёт возможность снизить цену; конечный результат будет зависеть также от конкуренции, спроса и того, кто владеет производством. Дешёвая работа робота и бесплатная вещь для покупателя — разные экономические результаты.
Почему ватт нельзя просто положить в кошелёк
Ватт измеряет мощность — скорость передачи или преобразования энергии. В определении американского Национального института стандартов и технологий один ватт соответствует одному джоулю в секунду. Количество потреблённой электроэнергии удобно считать в киловатт-часах.
Простой расчёт: если прибор постоянно потребляет 1 киловатт и работает три часа, он использует 1 кВт × 3 ч = 3 кВт·ч. Поэтому предложение считать богатство в ваттах потребовало бы уточнения: речь о принадлежащей человеку мощности, доступной мощности подключения или праве получить определённое количество энергии.
С тоннами возникает другая проблема. Тонна песка и тонна готовых микросхем одинаковы по массе, но обладают разными свойствами и полезностью. Для обмена пришлось бы учитывать состав, качество, местонахождение и доступность ресурса. Физические единицы позволяют точно измерить предмет сделки, однако сами по себе не устанавливают его цену.
Как могла бы работать торговля энергией
У энергетической валюты возможны разные конструкции. В одной энергия служит ориентиром для расчётов. В другой единица на счёте даёт владельцу право получить оговорённое количество электричества. Рассмотрим второй вариант как условную модель.
Допустим, человеку начислили право на 100 кВт·ч. За покупку он передал продавцу 20 таких единиц: на его счёте осталось 100 − 20 = 80, у продавца появились 20. Эти числа иллюстрируют устройство расчётов; цена покупки в примере установлена условно.
При этом электричество не обязано немедленно отправляться из дома покупателя в магазин. Передаётся право требования. Продавец мог бы воспользоваться им для собственного энергоснабжения или расплатиться с поставщиком, если правила системы допускают дальнейшую передачу.
Далее появляется задача, знакомая любой системе обязательств: кто обеспечит исполнение? Потребуются поставщики, учёт прав и правила согласования обязательств с возможностями энергосистемы. Участниками могли бы стать государственные предприятия, кооперативы и частные компании; правила должны определять их ответственность за сбои.
Кроме того, право на электричество должно содержать условия поставки. Киловатт-час в определённом городе вечером и такой же объём рядом с электростанцией в часы низкого спроса могут иметь разную стоимость. В объяснении американского энергорегулятора FERC местная оптовая цена учитывает затраты на дополнительную выработку, потери при передаче и перегрузку линий.
Следовательно, универсальную энергетическую единицу пришлось бы либо стандартизировать, либо обменивать с поправками на место, время и надёжность поставки. В трансграничных расчётах потребовалось бы определить, кто и в какой энергосистеме исполнит обязательство и как обменивать права на поставку в разных местах.
Именно здесь возвращается денежная функция. Европейский центральный банк выделяет три функции денег: средство обмена, меру стоимости и средство сохранения ценности. Если энергетические единицы широко принимают в оплату, в них назначают цены и держат накопления, такая система фактически воспроизводит деньги с иным обеспечением.
Кто решит, кому достанутся киловатт-часы
Самый существенный выбор произойдёт ещё до первой покупки: на каком основании человеку начислят эти единицы? Владение роботом или электростанцией само по себе даёт владельцу производственный ресурс. Для человека без подобных активов понадобится другой источник дохода или гарантированного доступа.
Равный объём энергии каждому также не решает всех задач. Электричество необходимо больницам, водоснабжению, транспорту и производству продовольствия. Часть ресурсов пришлось бы распределять между общими системами, прежде чем определять индивидуальную долю.
Возможные способы распределения дают совершенно разные результаты. Следующие модели — сценарии устройства такой экономики, а не объявленная программа Маска.
| Модель | Что получает человек | Как обеспечивается доступ | Главное ограничение |
|---|---|---|---|
| Рыночная | Возможность покупать энергию и товары | Зарплата, предпринимательский доход или доход от собственности | У человека без дохода нет гарантированной доли |
| Базовый энергетический минимум | Право на установленный объём потребления | Общественные мощности или оплаченная из бюджета поставка | Нужно определить достаточный минимум и источники его обеспечения |
| Общественный дивиденд | Долю дохода от автоматизированного производства | Фонд, кооператив или другая форма совместного владения активами | Выплаты зависят от результатов производства и правил управления |
| Гарантированные базовые услуги | Доступ к определённому набору благ | Общественное финансирование и организация услуг | Требуется согласовать перечень, качество и условия предоставления |
Эти подходы можно сочетать. Например, гарантировать основные услуги, выплачивать дивиденд, а дополнительные покупки оставить рыночными. Тогда уменьшилась бы зависимость повседневной жизни от зарплаты, при этом цены и обмен продолжили бы существовать.
Проверять такую систему пришлось бы по материальному результату: сколько жилья, питания, лечения, транспорта и свободного времени она обеспечивает человеку. Большой баланс энергетических единиц мало поможет там, где нужный товар невозможно получить.
Что станет с людьми, если зарплата потеряет прежнюю роль
В благоприятном сценарии автоматизация позволила бы сокращать обязательное рабочее время, сохраняя достаточный уровень потребления. Для этого людям нужен устойчивый доступ к результатам машинного производства — через собственность, общественные услуги, выплаты или сочетание этих механизмов.
Сложнее переходный период. Спрос на отдельные виды труда может снижаться раньше, чем появится новая система обеспечения. Расходы на жильё, здоровье и содержание семьи при этом останутся. Поэтому спор об исчезновении денег имеет вполне практическую сторону: кто поддержит человека между утратой прежнего заработка и появлением нового источника средств.
В совместном исследовании МОТ и Всемирного банка, представленном в марте 2026 года, рассматриваются 135 стран. Авторы предупреждают, что в развивающихся экономиках нарушения на рынке труда могут проявиться раньше выгод от роста производительности. У работников, чьи задачи уязвимы для автоматизации, доступ к цифровым инструментам нередко уже есть; у тех, кто мог бы получить преимущество от ИИ, он может быть ограничен.
Механизмы поддержки обсуждаются и в сценарном обзоре авторов МВФ, опубликованном в апреле 2026 года. В нём рассматриваются ослабление связи социальных гарантий с занятостью, адаптация налогов к доходам от капитала и, при более глубоком вытеснении труда, программы широкого доходного обеспечения, включая варианты безусловного базового дохода. Это анализ возможных ответов на разные сценарии.
Выплаты потребуют реального источника ресурсов. Даже если машины произведут больше, понадобится механизм, который направит часть результата людям. Если производство останется высококонцентрированным, существенным станет вопрос переговорной силы работников и доступа остальных граждан к собственности.
Отдельная задача — устройство жизни без обязательной работы. Сам Маск в интервью сравнивал добровольные занятия с выращиванием овощей для себя, когда продукты можно купить. Свободное время могло бы уходить на семью, обучение, творчество и участие в жизни общества. Возможность такого выбора зависит прежде всего от материальной защищённости.
Что останется дефицитным при дешёвом электричестве
Автоматизированная фабрика способна увеличить выпуск одинаковых вещей. Сложнее увеличить предложение того, ценность чего связана с определённым местом, уникальностью или доступом. Квартира с конкретным видом, участок в нужной части города и право пользоваться ограниченной инфраструктурой сохраняют эти особенности даже при дешёвом строительстве.
Есть и ограничения самого производства. Дополнительные киловатт-часы полезны лишь при наличии оборудования, материалов, площадки и возможности подключиться к сети. Энергия — необходимый ресурс для множества операций, но её наличие ещё не означает готовность всей цепочки.
Поэтому в возможной экономике изобилия разные цены могли бы двигаться по-разному. Тиражируемые товары получили бы сильный потенциал удешевления, а плата за ограниченные активы — иной. Насколько это изменит жизнь конкретной семьи, будет зависеть от состава её расходов и источников дохода.
Что изменит выход промышленности в космос
В рассуждении Маска космос расширяет возможный масштаб экономики. Но энергию, произведённую за пределами Земли, ещё нужно сделать полезной конкретному потребителю.
Это видно на примере орбитальной солнечной энергетики. В исследовании NASA, опубликованном в 2024 году, рассматривается цепочка от сбора солнечной энергии в космосе до её передачи наземным станциям, преобразования в электричество и подачи в сеть либо накопители. Само наличие источника света составляет лишь часть такой системы.
Для внеземной промышленности пришлось бы отдельно решать вопросы оборудования, ремонта, транспорта и использования произведённого на месте. Расширение доступных ресурсов могло бы отодвинуть отдельные ограничения. Их распределение между людьми и организациями всё равно потребовало бы правил, договоров и способов учитывать обязательства.
Куда ведут сегодняшние данные
Пока нагляднее всего прослеживается рост спроса на физическую инфраструктуру. В обновлении МЭА от 16 апреля 2026 года говорится, что потребление электричества дата-центрами выросло на 17% за 2025 год. Агентство ожидает его примерно двукратного увеличения к 2030 году; это прогноз, связанный с дальнейшим развитием отрасли.
МЭА одновременно отмечает повышение энергоэффективности отдельных задач ИИ и рост их использования. Расширение дата-центров ограничивают поставки трансформаторов, турбин, чипов и сроки подключения к сетям. Производительность цифровых систем и скорость строительства необходимой им инфраструктуры меняются разными темпами.
Для оценки движения к сценарию Маска существенны три результата: сколько полезной продукции машины создают при данных затратах, насколько снижается цена необходимого человеку набора благ и какая часть населения получает устойчивый доступ к нему. Рекорд вычислительной мощности отвечает лишь на часть этих вопросов.
Из рассмотренных механизмов следует более осторожная картина будущего: автоматизация может уменьшить зависимость благосостояния от количества отработанных часов. Потребность распределять ограниченные ресурсы и выполнять обязательства при этом сохраняется. Валюта, выраженная в энергии, сама по себе не определяет, кому принадлежат электростанции, заводы и результаты их работы.
Для человека решающим окажется право на долю произведённого. Именно от устройства этого права зависит, станет ли свободное от работы время доступным выбором.
Подписывайтесь на телеграм-канал Digital Report, где мы разбираем, как ИИ, робототехника и энергетика меняют работу и повседневную жизнь.
- Маск предсказал конец привычных денег: кому достанется энергия и доходы роботов - 21/10/2026 17:04
- iPhone Duo продали в Москве за 1,6 млн рублей до мирового релиза - 21/10/2026 16:45
- Губернатор Брянской области сообщил о 218 сбитых за сутки дронах - 21/10/2026 16:33
