Глава думского комитета по информполитике Сергей Боярский объяснил, почему нейросети станут мощными помощниками, но никогда не заменят народных избранников, врачей и учителям.
В эпоху стремительной цифровизации, когда алгоритмы уже пишут код, создают картины и диагностируют заболевания, вопрос о границах применения искусственного интеллекта в государственном управлении становится одним из самых острых. Дискуссии о том, может ли беспристрастная машина принимать законы эффективнее человека, ведутся по всему миру, однако в российском парламенте на этот счет сформировалась четкая позиция. Технологии не способны заменить моральную ответственность и эмпатию, лежащие в основе социального контракта между властью и обществом.
Ключевой барьер для внедрения ИИ в законодательную власть лежит не в плоскости технических возможностей, а в сфере этики и легитимности. По мнению Сергея Боярского, возглавляющего комитет Госдумы по информационной политике, информационным технологиям и связи, механизм делегирования власти основан на человеческом доверии, которое невозможно оцифровать. Выступая в Музее Победы на встрече со студентами — ветеранами СВО, он подчеркнул, что избиратели при голосовании руководствуются не сухим расчетом, а интуицией и эмоциями, «выбирая сердцем». Этот процесс подразумевает передачу ответственности конкретной личности, с которой можно спросить за принятые решения, тогда как «бездушная машина» по определению находится вне морального и правового поля ответственности.
Политические аналитики соглашаются с тем, что депутатская деятельность — это не просто механическая разработка нормативных актов, где нейросети действительно могли бы преуспеть в поиске юридических коллизий или анализе больших данных. Суть парламентаризма заключается в формировании образа будущего и поиске компромиссов между различными социальными группами. Робот, лишенный души, совести и эмпатии, не способен ощутить социальное напряжение или понять нюансы человеческих трагедий, стоящих за сухими строками законопроектов. Именно способность сопереживать и брать на себя моральный груз ответственности делает человека незаменимым в кресле законодателя.
Тезис о незаменимости человека распространяется и на другие профессии, где коммуникация и эмоциональный интеллект играют решающую роль. Боярский ставит в один ряд с законодателями врачей и учителей — специалистов, чья работа строится на тонком межличностном взаимодействии. Хотя искусственный интеллект уже сегодня демонстрирует успехи в постановке диагнозов или составлении учебных планов, он не может заменить утешение пациента или воспитательный момент в диалоге с учеником. Живое человеческое общение остается тем «эксклюзивным продуктом», который технологии не могут воспроизвести даже при самой совершенной имитации.
Тем не менее, категоричный отказ от замены людей роботами не означает отрицания прогресса. В Государственной Думе и профильных министерствах рассматривают искусственный интеллект как мощный вспомогательный инструмент. Нейросети способны взять на себя рутинную бюрократию, ускорить обработку обращений граждан и повысить качество аналитики, на основе которой депутаты будут принимать окончательные решения. Таким образом, будущее государственного управления видится не в конкуренции между человеком и машиной, а в их симбиозе, где технологии служат инструментом, а совесть и ответственность остаются прерогативой людей.
Для тех, кто хочет глубже понимать, как технологии меняют политический ландшафт и нашу повседневную жизнь, рекомендуем читать проверенную аналитику и инсайды, которые публикует телеграм-канал Digital Report.
- В России впервые взыскали алименты в криптовалюте - 23/01/2026 16:29
- Госдума считает, что ИИ не сможет заменить депутатов - 23/01/2026 16:21
- Как выбрать игры для PS5 - 23/01/2026 16:09
