Европа входит в отопительный сезон с одним из самых слабых запасов газа за последние годы. На 3 октября подземные хранилища Евросоюза заполнены только на 72,32%: в них находится около 819 ТВт·ч газа. Еще несколько лет назад к этому времени европейцы старались приблизиться к отметке 90%, чтобы спокойно пройти самые холодные месяцы. Теперь до зимы остается совсем немного времени, газ дорогой, поставки с мирового рынка нестабильны, а привычной страховки в виде огромных объемов российского трубопроводного газа больше нет.
Свежие данные Gas Infrastructure Europe показывают, насколько неоднородно выглядит ситуация. Италия накопила почти 88% возможных запасов, Франция — больше 84%, Польша — свыше 99%. Но Германия, крупнейшая экономика ЕС и один из главных потребителей газа, входит в октябрь всего с 58,5%, Нидерланды — примерно с 60%, Словакия — с 56%. Именно эти страны особенно чувствительны к холодной зиме и скачкам цен: хранилища не обеспечивают весь сезон, но в наиболее тяжелые месяцы дают рынку запас времени, когда ежедневного импорта недостаточно.
В 2022 году Европа боялась России, теперь — Ормузского пролива
Нынешняя ситуация внешне напоминает энергетическую тревогу 2022 года, но источник риска изменился. Тогда Европа оставалась критически зависимой от поставок из России и экстренно искала замену трубопроводному газу. За четыре года эта зависимость резко сократилась: по последней оценке европейского регулятора ACER, российский трубопроводный газ и СПГ вместе обеспечивают сейчас около 12% газового спроса ЕС. До кризиса речь шла почти о половине импорта.
Но освободившись от одной зависимости, Европа сильнее привязала себя к глобальному рынку сжиженного газа. И в 2026 году удар пришел оттуда. Военный конфликт вокруг Ирана и проблемы с судоходством через Ормузский пролив резко сократили доступность катарского СПГ. Даже странам, которые почти не покупают газ непосредственно у Катара, это создало проблему: исчезновение крупных объемов с мирового рынка заставило европейских и азиатских покупателей конкурировать за одни и те же американские, африканские и другие партии.
К осени Европа уже начала выигрывать эту борьбу за счет цены. В сентябре ЕС стал крупнейшим направлением для американского СПГ: европейские терминалы получили около 5,9 млн тонн, или 54% всего американского экспорта за месяц. Но такая страховка обходится дорого, и гарантии, что Европа сможет всю зиму перекупать грузы у Азии, нет.
ЕС разрешил не заполнять хранилища любой ценой
После энергетического кризиса 2022 года Брюссель ввел правило, по которому хранилища должны были заполняться к зиме как минимум на 90%. Оно оказалось эффективным, но одновременно создало другую проблему: рынок заранее знал, что европейские страны обязаны покупать огромные объемы к определенной дате, и продавцы могли пользоваться этим спросом.
Поэтому в 2025 году правила изменили. Цель в 90% формально сохранилась, но выполнить ее теперь можно в более широком временном окне с 1 октября по 1 декабря. Кроме того, предусмотрено отклонение на 10 процентных пунктов при проблемах с заполнением, а Еврокомиссия может разрешить еще пять пунктов дополнительной гибкости при особенно неблагоприятном рынке.
Весной еврокомиссар по энергетике Дан Йоргенсен уже предложил странам фактически ориентироваться на 80%, чтобы не провоцировать новый скачок цен погоней за газом. Логика проста: купить меньше по приемлемой цене может оказаться безопаснее, чем любой ценой загнать резерв под 90%, одновременно разогнав котировки для всей Европы.
Но к началу октября даже до 80% еще далеко. И если зима окажется холодной, экономия на летней закачке быстро превратится в необходимость покупать газ на спотовом рынке именно тогда, когда он будет нужен всем.
Российский газ из Европы на самом деле еще не исчез
На этом фоне неизбежно возникает вопрос: если зима действительно окажется тяжелой, не придется ли Евросоюзу снова обращаться к российскому газу?
Есть важная деталь — ЕС и сейчас продолжает его покупать. По данным ACER, в Европе сохраняются долгосрочные контракты на российский СПГ объемом примерно 20–32 млрд кубометров в год. Такие грузы приходят, в частности, в Испанию, Францию, Бельгию и Нидерланды. Сохранились и трубопроводные контракты у Венгрии, Словакии и Греции общим объемом от 16 до 26 млрд кубометров в год.
Более того, в начале 2026 года поставки не сокращались, а росли. С января по май импорт российского трубопроводного газа увеличился на 7% год к году, СПГ — на 11%. После вступления первых ограничений в силу российский LNG с 18 марта по конец мая прибавил еще 17% относительно аналогичного периода 2025 года.
Поэтому вопрос стоит не столько в том, «вернется ли» российский газ, сколько в том, сможет ли Европа увеличить его закупки, если окажется перед дефицитом.
И здесь пространство для маневра значительно меньше, чем четыре года назад.
Вернуть прежние объемы уже почти невозможно
Евросоюз запустил юридически обязательный поэтапный отказ от российских поставок. По действующему графику ограничения распространяются сначала на краткосрочные контракты, затем на долгосрочные, а окончательный отказ должен завершиться в ноябре 2027 года. Чтобы повернуть этот процесс назад, одного решения отдельных энергетических компаний будет недостаточно — потребуется менять уже принятую европейскую политику и законодательство.
Изменилась и сама инфраструктура. ЕС построил новые СПГ-терминалы, увеличил поставки из Норвегии, США, Алжира и Азербайджана, а старая модель, при которой огромные объемы дешевого российского газа постоянно шли по трубопроводам в Центральную Европу, разрушена. Даже если политическое решение внезапно изменится, восстановить прежнюю систему за несколько недель невозможно.
Зато оставшиеся российские поставки этой зимой становятся заметнее именно потому, что запас газа небольшой. Доля в 12%, которая в спокойной ситуации выглядит уже не критической, при нескольких неделях морозов и дефиците СПГ может оказаться значимой.
Главная угроза этой зимой — не пустые хранилища, а дорогой газ
Европа не находится на пороге ситуации, когда газ внезапно закончится. За четыре года рынок стал значительно устойчивее: появились новые терминалы, маршруты поставок и возможность перебрасывать газ между странами. Еще весной Европейская комиссия сообщала, что непосредственной угрозы безопасности поставок не видит.
Проблема в другом. Хранилища работают как буфер между европейским потребителем и мировым рынком. Чем меньше газа находится внутри ЕС в начале зимы, тем раньше придется выходить за дополнительными партиями СПГ. А там Европа будет конкурировать не только сама с собой, но и с Китаем, Японией, Южной Кореей и другими крупными покупателями.
Газовые хранилища дают примерно 30% зимнего потребления ЕС, поэтому заполненность на 72% не означает, что Европе не хватает 28% топлива на отопительный сезон. Она означает, что запас прочности стал существенно тоньше.
Именно поэтому наступающая зима станет первым серьезным экзаменом для новой европейской газовой системы. В 2022 году Европа спасалась от зависимости от России рекордными закупками СПГ и заполненными почти под завязку хранилищами. В 2026-м российская доля уже сократилась до 12%, но и резервов накоплено значительно меньше, а мировой рынок СПГ переживает собственный кризис.
Вернуться к старой модели с огромными объемами российского газа Европа уже не сможет без политического разворота. Поэтому ближайшие месяцы покажут, насколько жизнеспособной оказалась новая модель: меньше России, больше СПГ и существенно большая зависимость от погоды, мировых цен и того, насколько спокойно танкеры смогут проходить через Ормузский пролив.
- Ил-96-400М против Airbus: почему четыре двигателя не решают все - 08/10/2026 00:35
- Папа римский призвал «разоружить» ИИ и защитить людей от алгоритмов - 08/10/2026 00:27
- В России предложили льготы за долгую работу на одном месте - 08/10/2026 00:18
