Каждый раз, когда вы снимаете наличные в банкомате где-нибудь в Нью-Йорке, Лондоне или Сиднее, с большой вероятностью где-то в глубине банковской инфраструктуры срабатывает программа на языке COBOL. Этот язык появился в 1959 году, за два года до первого полета человека в космос. Через написанные на нем системы ежедневно проходят коммерческие транзакции примерно на 3 триллиона долларов, а по разным оценкам, до 95 процентов операций в банкоматах мира обрабатывается именно таким кодом. Получается странная картина: цифровая экономика двадцать первого века стоит на фундаменте, заложенном во времена перфокарт.
Парадокс в том, что почтенный возраст программы сам по себе не приговор. Долгая жизнь софта может быть и признаком качества. На странице О компании Axmor, разработчика из новосибирского Академгородка, работающего с 2003 года, приводится показательная цифра: 97 процентов созданных командой продуктов используются заказчиками дольше десяти лет. Проблемы начинаются не тогда, когда решение стареет, а когда им перестают управлять: уходят люди, помнившие архитектуру, теряется документация, а каждое изменение превращается в саперную работу. Именно в этот момент надежный ветеран становится тем самым «легаси», о котором ИТ-директора говорят вполголоса.
Триллионы на языке пятидесятых
Масштаб зависимости от старого кода поражает даже специалистов. По данным отраслевых исследований, 43 процента банковских систем планеты по-прежнему опираются на COBOL. Общий объем такого кода в мире оценивается в 240 миллиардов строк. Программист Филип Теплицки, десятилетиями писавший для американских банков, однажды пошутил, что эти строки можно считать вторым по ценности ресурсом США после нефти.
Шутка недалека от истины. Ветеран канадской банковской разработки по имени Томас рассказывал журналистам о процессе, который он спроектировал: каждый месяц файл с данными о 2,4 миллиона государственных пенсий обрабатывается и деньги зачисляются на счета людей за 11 минут. За двадцать лет ни одного сбоя. Такой статистикой не может похвастаться почти ни одно модное облачное приложение.
Обратная сторона этой стабильности проявилась весной 2020 года, когда в США миллионы уволенных из-за пандемии людей бросились подавать заявки на пособия. Сайты служб занятости в нескольких штатах рухнули под нагрузкой, а губернатор Нью-Джерси публично признал, что часть государственных систем старше сорока лет и им отчаянно нужна помощь. Показательно, что сам расчетный механизм тогда выдержал: сломались как раз более свежие веб-надстройки.
Сколько стоит ошибка
Когда бизнес все же решается трогать унаследованную инфраструктуру, цена неудачи бывает астрономической. Хрестоматийный пример: британский банк TSB, который в 2018 году мигрировал с прежней платформы после смены владельца. Переход обернулся катастрофой. Клиенты неделями не могли попасть в свои аккаунты, мошенники за время хаоса похитили 49 миллионов фунтов, компенсации пострадавшим обошлись еще в 125 миллионов, а на разбор 204 тысяч жалоб пришлось нанимать отдельный штат за 122 миллиона. Генеральный директор ушел в отставку, последствия разгребали два года.
Даже успешные проекты такого рода требуют огромных ресурсов. Австралийский Commonwealth Bank менял основную COBOL-платформу пять лет и потратил около 750 миллионов долларов. Неудивительно, что многие руководители предпочитают принцип «работает, не трогай». Только вот бездействие тоже недешево: по оценкам аналитиков, мировая экономика ежегодно теряет порядка 1,8 триллиона долларов из-за простоев, вызванных сбоями устаревшего программного обеспечения. Исследование Deloitte добавляет красок: предприятия тратят на поддержание жизни в старых системах от 60 до 80 процентов своих ИТ-бюджетов, и на развитие почти ничего не остается.
Ловушка забытой логики
Главная сложность модернизации вовсе не в древнем синтаксисе. За десятилетия эксплуатации внутрь программ вросла бизнес-логика, которую уже никто в компании не помнит: временные заплатки стали постоянными, недокументированные функции обросли зависимостями. Наивная попытка «просто переписать на современном языке» без глубокого аудита нередко приводит к каскадным отказам, поврежденным данным и потерянным интеграциям. Опытные подрядчики поэтому начинают не с кода, а с археологии: восстанавливают карту зависимостей, выясняют, какие участки критичны, и только потом планируют замену, часто по частям, пока старое ядро продолжает работать.
Российская специфика: другой возраст, те же риски
У отечественного рынка своя драматургия. Российский банкинг строился в девяностые практически с чистого листа, без мейнфреймов и миллионов строк на COBOL, поэтому финтех здесь смог сразу перепрыгнуть в эпоху микросервисов и ежедневных релизов. Мобильные приложения российских банков не случайно считаются одними из самых удобных в мире: им не приходится тащить за собой шестидесятилетний багаж.
Зато после 2022 года у российских компаний появилось собственное «наследие», причем весьма токсичное: зарубежное программное обеспечение, оставшееся без обновлений после ухода вендоров. Интегратор «РТК-Сервис» весной 2026 года привел отрезвляющие цифры: полностью на импортонезависимый стек перешли лишь 2 процента организаций в стране. При этом число кибератак на российские активы росло на 70 процентов в 2022 году, на 55 в 2023-м и на 150 процентов ежегодно в 2024-м и 2025-м. Производители знают об уязвимостях своих продуктов и закрывают их, но патчи до клиентов в России попросту не доходят, чем охотно пользуются злоумышленники.
Свежее исследование «Информзащиты», опубликованное в июле 2026 года, показывает, насколько хрупкой остается инфраструктура: 76,8 процента компаний закладывают на восстановление ИТ-среды после серьезного инцидента больше четырех часов, а каждая пятая рассчитывает уложиться в срок от двух суток до недели. Устаревшие решения респонденты называют в числе главных препятствий для устойчивости наравне с дефицитом специалистов.
Искусственный интеллект берется за архивы
Самая интригующая новость последних месяцев: за разбор старого кода всерьез взялись нейросети. IBM развивает ассистента watsonx, который транслирует COBOL в Java, закрывая, по словам представителей корпорации, 80-90 процентов работы; остаток дописывает человек. Microsoft получила серию патентов на нейросетевой перевод унаследованного кода с автоматическим поиском конструкций, которые машина переводит плохо. А в феврале 2026 года компания Anthropic опубликовала методичку по модернизации, заявив, что ее инструменты позволяют разбирать зависимости и документировать логику старых кодовых баз за кварталы вместо лет. Рынок отреагировал мгновенно: в день публикации акции IBM заметно качнуло, ведь консалтинг вокруг мейнфреймов десятилетиями был чьей-то стабильной рентой.
По отраслевым опросам, около 80 процентов банков уже планируют модернизировать унаследованный код с помощью ИИ-ассистированного рефакторинга. Впрочем, инженеры предостерегают от эйфории. Нейросеть ускоряет чтение и перевод, но не отменяет главного: понимания, зачем система делает то, что делает. Автоматический перевод бизнес-логики, смысл которой утрачен, просто переносит загадку на новый язык.
Что из этого следует бизнесу
Опыт компаний, которые десятилетиями сопровождают чужие и собственные разработки, сводится к нескольким простым тезисам. Во-первых, возраст кода не диагноз: решение становится проблемой, когда теряет управляемость, а не когда ему исполняется десять лет. Во-вторых, дешевле всего модернизация, начатая до аварии; после нее счет идет уже на порядки больше. В-третьих, между крайностями «ничего не трогать» и «переписать все с нуля» существует рабочая середина: поэтапная замена, при которой новые сервисы постепенно откусывают функции у старого ядра, не останавливая бизнес.
История COBOL в этом смысле не страшилка, а урок инженерной честности. Код, переживший смену десятка технологических мод, доказал, что надежность строится не на новизне инструментов, а на качестве проектирования и дисциплине сопровождения. Вопрос лишь в том, останутся ли рядом с системой люди, которые ее понимают. Пока они есть, старая программа остается активом. Когда они уходят, она превращается в бомбу с часовым механизмом, и таймер, как показывает практика последних лет, тикает все громче.
- В России вводят «налог» на почту - 08/07/2026 18:06
- Цифровая устойчивость бизнеса: почему серверы снова стали стратегическим активом - 08/07/2026 17:32
- Сетка ЧМ-2026: все четвертьфиналы, кто с кем играет - 08/07/2026 16:14
