Гостелерадио Исламской Республики представило реестр национальных сервисов, которые должны полностью заменить глобальные платформы — от поисковиков и карт до мессенджеров и стримингов.
Публикация списка разрешенных ресурсов, о которой 14 января сообщили государственные медиа Ирана, стала, пожалуй, самым громким сигналом о том, что Тегеран переходит от точечных блокировок к финальной стадии построения полностью автономного цифрового контура. Гостелерадиокомпания IRIB обнародовала перечень сайтов и приложений, которые составят основу так называемого «чистого интернета», фактически отрезая рядовых пользователей от Всемирной паутины и замыкая их в рамках национальной интранет-системы.
Этот шаг не стал неожиданностью для экспертов, наблюдающих за развитием иранской Национальной информационной сети (NIN) на протяжении последнего десятилетия. Власти страны давно декларировали необходимость цифрового суверенитета, аргументируя это вопросами кибербезопасности и защиты граждан от «тлетворного влияния» западной культуры. Однако нынешний список демонстрирует, что проект вышел за рамки простой цензуры: теперь речь идет о создании полноценной альтернативной реальности, где каждому западному сервису найден идеологически верный отечественный аналог.
В представленном реестре, который западные обозреватели уже окрестили «цифровым гетто», детально прописаны замены для привычных инструментов. Вместо глобальных поисковых систем пользователям предлагается использовать иранские разработки, алгоритмы которых настроены в строгом соответствии с государственными нормами. Навигационные сервисы, долгое время остававшиеся одной из немногих относительно свободных ниш, теперь также переводятся на отечественные рельсы. Власти утверждают, что локальные карты точнее и безопаснее, однако критики указывают на возможность тотального отслеживания перемещений граждан в реальном времени без участия иностранных посредников.
Особое внимание в документе уделено социальному взаимодействию и развлечениям. Популярные мессенджеры, которые традиционно были головной болью для иранских спецслужб из-за шифрования данных, заменяются контролируемыми приложениями для обмена сообщениями. Ирония ситуации заключается в том, что даже досуг теперь становится частью государственной программы: анонсированный стриминговый сервис, позиционируемый как «иранский Netflix», будет транслировать исключительно контент, прошедший строгую цензуру Министерства культуры и исламской ориентации.
Техническая реализация этого плана опирается на сложную систему фильтрации трафика и многоуровневый доступ к сети, который в Иране называют «слоистым интернетом». Это означает, что доступ к глобальной сети не исчезнет полностью, но станет привилегией избранных. Чиновники, сотрудники спецслужб, университетская профессура и, вероятно, крупный бизнес сохранят выход во внешний мир через специальные VPN-шлюзы, авторизованные государством. Для остального же населения интернет превратится в локальную сеть с высокой скоростью доступа к разрешенным ресурсам и полной блокировкой всего, что находится за пределами «белого списка».
Экономический аспект этой инициативы вызывает серьезные опасения у независимых аналитиков. Попытка изолировать цифровую экономику страны от мировых рынков может нанести сокрушительный удар по малому бизнесу и стартапам, которые критически зависят от международных инструментов, облачных сервисов и трансграничной коммуникации. Тем не менее, Тегеран готов платить эту цену за контроль над информационным полем, особенно на фоне периодически вспыхивающих социальных протестов, координация которых ранее осуществлялась через западные платформы.
Опыт Ирана в создании суверенного интернета часто сравнивают с китайским «Золотым щитом», однако подход Тегерана выглядит более радикальным и менее технологичным. Если Китай делал ставку на создание конкурентоспособных мировых гигантов вроде Alibaba и Tencent, которые органично вытеснили западные аналоги, то иранская модель больше напоминает принудительное импортозамещение в условиях жесткой изоляции. Пользователей не столько переманивают качеством, сколько лишают альтернативы, загоняя в рамки отечественных платформ административными методами.
Сейчас главный вопрос заключается в том, насколько эффективно эта система сможет противостоять технической подкованности иранской молодежи. История цифрового противостояния в Иране — это бесконечная гонка вооружений между цензорами и пользователями VPN. Однако с переходом на «белые списки» и отключением внешних шлюзов обходить блокировки станет на порядок сложнее, ведь сама архитектура сети перестраивается таким образом, чтобы внешний трафик просто не доходил до конечного устройства.
Внедрение закрытого контура ставит Иран в один ряд с Северной Кореей, но с поправкой на масштаб и уровень цифровизации общества. Это масштабный социальный эксперимент, результаты которого будут внимательно изучать и в других странах, стремящихся к контролю над интернетом. Пока же иранцам предстоит осваивать новую цифровую реальность, где поисковая строка выдает только правильные ответы, а сериалы никогда не противоречат линии партии.
Больше инсайдов о цифровых свободах и регулировании интернета читайте в нашем телеграм-канале Digital Report.
- Биткойн вырос до $95 тысяч, рынок криптовалют начал год с уверенного роста - 14/01/2026 11:57
- Цукерберг закрыл создателей главных хитов для Quest - 14/01/2026 11:43
- Иран запускает суверенный интернет и публикует «белый список» разрешенных ресурсов - 14/01/2026 11:26
